Мясной рынок в РФ плачет по "длинным" деньгам
08 октября 2007 г. — РБК

Граждане РФ приближаются к медицинской норме потребления мяса: 74-80 кг на человека в год. В Российском мясном союзе считают, что "насыщение" произойдет в 2009г., если ежегодные темпы роста потребления сохранятся на уровне 5-7%, как в 2006г.

Ни для кого не секрет, что рыночные ресурсы увеличиваются в силу растущего импорта. Нацпроект "Развитие АПК" только начинает приносить плоды: по данным Минсельхоза, в 2007г. производство мяса уже выросло на 10%.

Но рынок мясной продукции по-прежнему изобилует изъянами. Так, не налажена утилизация отходов производства, что чревато в будущем локальными экокатастрофами, хромает разделка мяса и маркировка мясопродуктов. В структуре рынка усиливается перекос между свининой и птицей с одной стороны, и говядиной - с другой. Импорт говядины в 2007г. вырастет на 40%, заявил недавно министр сельского хозяйства Алексей Гордеев.

"Почему растет производство свинины и птицы? Потому что это "короткие" деньги: полгода - и все, – объясняет в эфире РБК-ТВ в программе "В фокусе" управляющий партнер New Angle LLG Дмитрий Завражнов. – А КРС остается за бортом". Чтобы вырастить единицу крупного рогатого скота (КРС) необходимо 3 года. Но участники рынка, безусловно, рады и свинине с курицей. "Примечательно, ведь мясной рынок – единственный, где нет иностранных инвестиций, – напоминает гендиректор мясокомбината "Велком" Раиса Демина. - Иностранцы поддерживают Россию только как рынок сбыта".

Проблема нехватки денег, как нигде, актуальна в сельском хозяйстве. По словам Д.Завражнова, вертикально интегрированные холдинги (ВИХ), возникшие на волне скупки региональных сельхозпроизводств, с увлечением вкладывают в свиноводство, но даже не представляют, насколько это капиталоемкое дело. "Посмотрим, как дело пойдет дальше, когда возникнут экологические проблемы. На очистные сооружения нужны миллионы долларов, не сотни тысяч", - отмечает Д.Завражнов. Ведь нужно не только вырастить свинью, ее нужно забить и утилизировать. "Откоромочников много, а утилизационных заводов, которые должны заниматься отходами, почти нет, нет боен", – обеспокоена Р.Демина. – Многие обвиняют переработчиков, что те не хотят переходить с импортного сырья на полутуши, которые пойдут с откоромочников. Но мясоперерабатывающие заводы берут именно то, что им нужно для их рецептуры". То есть слабое звено также – "разделка".

Откормочники, бойни, утилизационные, разделочные и, наконец, перерабатывающие предприятия – такова логика мясного рынка, но в России представлены только первые и последние элементы. При этом ВИХ пока что не способны обеспечить комплексную логистику. "Это элементарное недопонимание государства, когда бумага идет быстрее мысли", – горячится Д.Завражнов. Но ведь государство как раз и делало ставку на комплексную логистику ВИХ, то есть круг снова замыкается на отсутствии пресловутых "длинных" денег.

Добавим, рынок мясопереработки абсолютно непрозрачен, при этом все игроки, стараясь сорвать куш, работают в премиальном сегменте. Но понятие "премиум" существует всего несколько лет, и четкой узаконенной классификации в России еще не принято. Следовательно, производители не обязаны указывать процентное содержание тех или иных составляющих в своей продукции. Пользуясь ситуацией, они выдают за премиум продукцию из мяса невысокого качества.

Немудрено, что люди не могут понять, какой продукт хороший, а какой – плохой, – говорит Р.Демина. – Ведь в советские времена не использовалось ни сои, ни ароматизаторов, ни трансгенов". И хотя за руку уже ловили не один крупный мясокомбинат, воз "псевдопремиальности" и ныне там.

Но претензии эксперты предъявляют и к российским торговым сетям. "Только западные игроки - "Метро", "Ашан" – умеют обращаться с натуральным мясным продуктом, – говорит Д.Завражнов. – У российских сетей нет охлажденных помещений для приемки". Того же мнения придерживается Р.Демина: "Нам нравится работать с транснациональными сетями, там все прозрачно, из российских продавцов мы работаем только с мелкой розницей".